Государство Израиль является многонациональным и многоконфессиональным. Согласно Израильскому Центральному статистическому бюро (ЦСБ), на конец 2010 года 75,41 % израильтян являются иудеями, 17,17 % — мусульманами, 1,98 % — христианами, 1,65 % друзами и оставшиеся 3,79 % не отнесены ни к какой конфессии. Стоит отметить, что на территории Израиля проживает более чем 8 млн. человек. Одна пятая населения государства – русские евреи, что составляет одну седьмую еврейского населения в мире. Всего же в Израиле проживает 6 млн. евреев, что составляет 43,5% от общего еврейского населения в мире.

Репатриация – это бесконечный процесс возвращения евреев на свою историческую родину. В начале глобального экономического кризиса темпы репатриации значительно сократились. Как отмечает ЦСБ, количество репатриантов из республик бывшего СССР сократилось почти вдвое: с 11.583 человек в год в среднем до 6.472 человек в год. В то же время в 2009 году количество «русских» репатриантов в Израиле превысило 1,2 миллиона человек. В 2010 году в Израиль прибыло около 7 тысяч «русских» евреев, что составляет практически половину от общего количества. Возраст «вернувшихся» на родину в среднем составляет 29 лет. 56% являются людьми образованными. Эти цифры хочется связать с другими – не менее важными – 90% населения Израиля читают ежедневную газету, или обращаются к прессе хотя бы раз в неделю. А поскольку русскоязычное население играет значительную роль в Израиле, то в связи с этим является очень актуальным вопрос интеграции и социализации прибывшего гражданского населения.

Государственными языками в Израиле признаны иврит и арабский языки. За русским закреплен статус не официального. В качестве первого иностранного языка в школах преподают английский. Вторым по очереди изучают французский. Однако с 2008 года русский язык также получил статус одного из вторых иностранных языков в израильских школах. Кроме того, министерство просвещения обязалось рассмотреть вопрос возможности сдачи на аттестат зрелости на русском языке не только для детей репатриантов, как было ранее, но и для всех желающих.

Эпохой развития СМИ для русскоязычного населения можно назвать 1990-е, когда появилось около 130 периодических изданий, выходящих на русском языке (4 – ежедневных, 60 – еженедельных, 40 газет и журналов, выходящих один-два раза в месяц и около 20, выходящих ежеквартально или раз в год). Кроме того, общеизраильские радио ввели часы вещания на русском языке. В 2002 году появился канал «Израиль Плюс», а с 2003 года в эфир вышел «9 канал», также предназначенный для русскоязычной аудитории. В базовый ТВ-пакет включены 6 кабельных каналов, ведущих свое вещание на русском языке. Стоит также отметить, что обращение к русскоязычным СМИ очень остро в первые годы иммиграции. Во-первых, они помогают сформироваться новой гражданской принадлежности, и, во-вторых, сохраняют культурную идентичность.

Соленый воздух. Мягкий песок. Вода, норовящая намочить ботинки. Так начался третий день в Израиле.

Мы стоим на берегу. Сегодня к нашей группе присоединяются еще 6 человек: 5 солдатов и один студент. Мы приветствуем их какими-то смешными, и я бы даже сказала, дурацкими маленькими самодельными подарками: рисунками, песнями, дарим нечто, слепленное из пластилина. Им вроде как даже нравится. Хотя песни, и правда, смешные. Тандем из двух Миш просто прекрасен! Рэп вперемешку с девчачьими движениями и писклявым голосом.
Солдаты тоже нас приветствуют, по-своему. Есть описание, и по нему мы должны угадать, кто есть кто. В прочем, это не самое интересное, что произошло в тот день, так что перейду к другой части...

Из Яффо мы едем на ферму Швиль асалат. Проезжаем границу с сектором Газа. "А вот оттуда, из-за забора. Видите, метрах в 200? На израильскую территорию перекидывают бомбы, ракеты летают". После такого замечания экскурсовода становится немного боязно. Но мы едем, мы живы, и за окном солнце. По обеим сторонам от дороги растут апельсиновые деревья, миндаль, пальмы, ширятся зеленые поля. И все это в пустыне.

"Когда Бен-Гурион предложил и строго настоял на освоении пустыни, все на него посмотрели как на сумасшедшего и покрутили у виска. Выращивать? Еду? В пустыне? Как такое вообще возможно?! Но Тель-Авив же вырос из пустыни, из ничего. Так же из здесь, из ничего возникла жизнь. В эти территории вложены знания множества израильских ученых и инженеров. Здесь введены новейшие технологии по орошению почвы". Далее последовал ряд терминов, которые мне не были знакомы ранее, и которые объясняла суть того, как из пустыни появилось что-то. И это что-то способно не только прокормить жителей Израиля, но и идет на экспорт. Вот отсюда, из этой самой пустыни в наш "Перекресток" попадает морковь, салатные листья, даже укроп! Удивительно!

Нам рассказывают, о том, что все, то здесь взращивают кошерно, что применяют систему смены полей каждые шесть лет, чтобы почва отдыхала, что здесь заводы не работают по субботам, так что даже чай, который здесь производят кошерен. И, раз уж я вернулась у этой теме, то кошерна любая еда (из вышеуказанного списка, конечно), которую приготовил еврей, или которая приготовлена под его надзором.

Что ж... Фиолетовая и белая морковка оказалась вполне себе обычной на вкус, правда, здесь превалируют какие-то другие витамины, чем в оранжевой. Вот и подзарядились! Но самок вкусное, что я попробовала - это кумкваты! Маленькие апельсины, кислые и сладкие, с тонкой кожицей, которую можно есть. Вспоминая этот вкус у себя во рту, я ощущаю его божественность! А такого эпитета, мало какой продукт может на себя примерить. Это не то, чем я раскидываюсь направо и налево. И в основном, его заслуживают сладости: мороженое три шоколада, Kinder Bueno, Nutella и сок Tropicana с мяготью, привезенный из Финляндии. "Такие маленькие апельсины и лимоны придумали специально для удобства: их используют в самолетах и поездах, например. А еще пара таких лимонов может избавить вас от похмелья". И тут часть группы начала складывать апельсины-лимоны втихаря по карманам. Хотя правила Таглита запрещают "распивать алкогольные напитки во время программы", выход из этой ситуации есть, ведь программа начинается утром в 8.30 и заканчивается в 10 вечера, так что остальное время в полном распоряжении вина, виски, джина и прочей прелести duty-free.
Наевшись на ферме фруктов, ягод и овощей, мы отправились дальше. Еще глубже в пустыню, еще ниже по карте Израиля.




Заехав ненадолго на могилу Бен Гуриона и его жены, мы, наконец, добрались до конечной точки маршрута на сегодняшний день. Лагерь бедуинов.


Он встретил нас своей туристической простотой и незатейливостью. И в то же время вид лагеря слегка ошарашивал: отдельные туалеты и душевые кабины, что не так важно в сравнении с другим фактом... Нам предстояло провести ночь в шатре. Спать под открытым небом. На матрацах и в спальниках. Challenge accepted! Вот только я иногда подобного не делала. Не спала в палатках, да и вообще не ночевала на природе. Что уж там говорить - ночь предстояла не из легких, поскольку природу я люблю, но не дольше часов 4-5. Потом начинается внутреннее нытье и желание вернуться в цивилизованный мир!



Как же живут сами бедуины - для меня загадка! Хотя кочевничество - их образ жизни, так что простая необработанная земля под ногами и чистое звездное небо над головой - дело вполне привычное.

Нас встретили, как и полошатся встречать всех гостей по бедуинским традициям: усадили и предложили по маленькой чашке кофе, на один глоток. Бедуин спел нам пару песен на своем языке и на иврите, помолол кофе в специальной ступке, тем временем рассказывая о своей жизни. Он много где побывал: для бедуинов, в отличие от израильтян-евреев границы государств не писаны. Они перечеркают их вполне свободно. Они знают обычно по два языка - арабский и язык той страны, в которой они живут более-менее постоянно. Бедуины всегда с гостеприимностью примут гостей, и дадут им самые лучшие условия проживания, однако через неделю они любезно попросят покинуть их пристанище. Простому обывателю никогда не увидеть жен бедуинов (кстати сказать, их может быть несколько, однако наш рассказчик был женат дважды, но так сказать не одновременно), потому что это просто запрещено. Вообще контакты с "внешним" миром стремятся к нулю, хотя молодежь естественно противостоит подобному положению вещей.

Бедуинский ужин отличался нескрываемым гостеприимством: нам то и дело подкладывали горячее, приносили салаты, предлагали лаваш. И было все очень аутентично. Мы сидели на коврах, а еда стояла на подносе, поставленном на невысокую подставку. Этакий кошер в бедуинском стиле.

Потом произошло, пожалуй, самое таинственное Событие. И нет, совершенно не религиозного характера. Мы вышли из лагеря, и пошли в открытую пустыню. Фонари и подсветки телефонов освещали дорогу. Под ногами то и дело попадались камни, переворачивались, катились вбок и назад, подпрыгивали и отскакивали вперед. С моей любовью к спорту и препятствиям различного рода, ощущения были очень приятные. Но, кажется, я уже говорила, что и природа у меня не в любимчиках...

Лагерь скрылся за небольшим холмом. Мы вышли на ровную поверхность и встали в круг. В невидимый шар мы собрали весь негатив, с которым хотим расстаться. Открыться перед такой большой группой было трудно. Мы знаем друг друга всего третий день. Хотя у нас и были предтаглитовские встречи, особой близости и сплоченности пока не было, зато чувство единения витало в воздухе. Я уже не помню, что положила в тот невидимый шар, наверное что-то плохое, что-то что сиюминутно возникло в моей голове, что волновало... И главное, что теперь этот негатив меня отпустил. Я не ношу его с собой. Он остался там, в пустыне Негев, и летает где-то над ее просторами, а может, он и вовсе ушел куда-то ввысь...

Мы разошлись по одному и слушали тишину пустыни.




Эта бескрайняя тишина. Это высокое темно-синее небо, с неизвестными мне созвездиями, которых я никогда прежде не видела. Это чувство единения. И это чувство отрешенности от всего мира. Эту легкость, и в то же время всеобъемную тяжесть Земли я привезла с собой в Петербург. Все это у меня в голове, на коже, в моих легких. Я стараюсь как можно точнее описать то, что никак не укладывается в набор тех слов, которые мне известны. Слова есть, но они не соответствуют тому, что со мной происходило в действительности. В этой тишине было и горе, и радость, и надежда, и вера, и любовь, и нежность... Это как дуновение весны, которую ждешь с того момента, как только воздух нагревается настолько, что понимаешь, что наступило лето.

А после наступил такой внутренний подъем, ощущение радости... Был концерт с еврейскими песнями. И были танцы. И был костер. И была гитара. И было очень хорошо.
А потом наступила ночь, жуткая усталость и холод шатра. Как ни странно, когда выключили свет, никаких разговоров не было. А может, это я моментально уснула.

К началу путешествия

К предыдущей части рассказа

Продолжение

Впечатлений так много, что они так быстро улетают, как у Ганса Кастропа в Волшебной горе. Так хочется запомнить всю массу идей, мыслей, всплывающих в голове, но весь этот "процесс" просто уходит за время сна.

День 1.